Московский Государственный Университет им. М.В. Ломоносова
Географический Факультет
КАФЕДРА ФИЗИЧЕСКОЙ ГЕОГРАФИИ И ЛАНДШАФТОВЕДЕНИЯ

Разделы


Студентам

ЛАНДШАФТНАЯ БИБЛИОТЕКА
Берг Л.С., Географические зоны Советского Союза, т. 1, М., 1947 с. 5-29

ВВЕДЕНИЕ
Географические ландшафты
Определение

        Ландшафт (Landschaft) есть слово немецкое и означает просто-напросто "территория" или по-русски "урочище". Но в географии под именем географического ландшафта мы понимаем основную единицу нашей науки, непосредственный объект ее изучения, географический индивид или особь.1
        Раньше у нас пользовались в географии этим термином при описании форм рельефа, понимая под ландшафтом также однородные формы, которые бросаются в глаза своим совместным появлением, образуя закономерно повторяющиеся группировки форм рельефа. Говорили о дюнном ландшафте, моренном, долинном, озерном, вулканическом, о ландшафте бугристых песков, о горном ландшафте и т. д. Такое словоупотребление мы встречаем у Пенка в его Morphologie der Erdoberfläche.2 Оно перешло и в русскую геоморфологическую и географическую литературу.
        Мы же понятие ландшафт толкуем распространительно, в более широком объеме. Это закономерно повторяющиеся группировки не только форм рельефа, но и других предметов и явлений на поверхности Земли. Но при этом следует иметь в виду, что географический ландшафт есть такая совокупность, или группировка, предметов и явлений, в которой особенности рельефа, климата, вод, почвенного и растительного покрова и животного мира, а также, до известной степени, деятельности человека3 сливаются в единое гармоническое целое, типически повторяющееся на протяжении данной зоны Земли.4
        Ландшафт есть как бы сообщество высшего порядка, соединяющее и объединяющее в себе, с одной стороны, сообщества организмов (биоценозы), т.е. растений (фитоценозы), животных (зооценозы) и, до известной степени, человека, а с другой — комплексы неорганических явлений: форм рельефа, скоплений вод, климатических факторов; к элементам ландшафта относятся и такие тела, как почвы, которые есть производное одновременно и органического мира и неорганических частей земной коры.
        В каждом ландшафте мы видим полное приспособление всех его элементов друг к другу. Так, в пустыне недостаток влаги и летние жары влекут за собою сильное испарение, преобладание механического выветривания пород, своеобразие форм рельефа, незамкнутость растительного покрова, слабое проявление почвообразовательных процессов, у растений и животных ряд оригинальных приспособлений к перенесению сухости и жары, невозможность земледелия без искусственного орошения и т.д. И если выражаться фигурально, то можно сказать, что каждый ландшафт есть как бы некий организм, где части обусловливают целое, а целое влияет на все части. Если мы изменим одну какую-нибудь часть ландшафта, то изменится весь ландшафт. Так, распашка степей не только нарушает почвенный покров и уничтожает естественную степную растительность, но влияет на режим грунтовых вод, на распределение снегового покрова, на микроклимат, на характер эрозии и вместе с тем на рельеф.
        Отсюда следует, что познание ландшафтов имеет первенствующее значение для сельского хозяйства.
        Задачей географа и является понять механизм того сложного комплекса, который мы называем ландшафтом. Специальные науки изучают лишь отдельные звенья этого сложного клубка взаимоотношений, отдельные кирпичи этого здания, география же должна понять и объяснить структуру и механизм ландшафта.
        Примерами географических ландшафтов могут служить: ельники лесной зоны низин, сосняки той же зоны, болота той же зоны; Валдайская возвышенность; овражный ландшафт лесостепья; пески пустынной зоны, долины рек пустынной зоны, лёссовые области пустынной зоны: Среднесибирское плоскогорье; степная зона Тянь-Шаня, лесостепная зона Центрального Тянь-Шаня, снеговая зона Тянь-Шаня; заросли ламинарий (подводный ландшафт). Ландшафты суши можно сгруппировать в ландшафтные зоны5, которые имеют в общем приблизительно широтное простирание, что стоит в связи с таким же простиранием климатических и почвенных поясов.
        Примерами ландшафтных зон могут служить зоны тундр, лесов, степей, пустынь, гор лесной зоны, гор пустынной зоны и другие.
        Географический ландшафт распадается в свою очередь на группировки более мелкого характера, которые можно считать географическими индивидами. С другой стороны, географические ландшафты образуют, как мы говорили, группировки более широкого объема, которые мы называем ландшафтными зонами. Так, пустыни умеренного климата есть ландшафтная зона, лески в этих пустынях есть географический ландшафт 1-го порядка, а бугристые пески есть географический ландшафт 2-го порядка, или географический индивид, особь.6

Система ландшафтных зон, Ландшафты

        Родоначальником учения о географических ландшафтных зонах и вместе с тем основоположником современной географии был великий почвовед В.В. Докучаев (1846—1903).7 В своей статье "К учению о зонах природы" (1898) он писал, что до сих пор "изучались, главным образом, отдельные тела — минералы, горные породы, растения и животные,— явления, отдельные стихии — огонь (вулканизм), вода, земля, воздух — в чем наука и достигла, можно оказать, удивительных результатов, но не их соотношения, не та генетическая вековечная и всегда закономерная связь, какая существует между силами, телами явлениями, между мертвой и живой природой, между растительным, животным и минеральным царствами — с одной стороны, человеком, его бытом и даже духовным миром — с другой".8
        Установив в своих работах над почвами Европейской России тесную зависимость почв от климата, рельефа, подпочвы, растительного и животного мира, указав далее на зональное распределение почв, Докучаев в конце своей жизни, в 1898 и 1899 годах, распространил учение о зональности на весь земной шар и притом не только на почвенный покров, но на всю природу, включая сюда человека с его хозяйственной деятельностью. Великий почвовед различает (1898) в северном полушарии следующие пять главных "естественноисторических зон или поясов":
        1) бореальную, или тундровую зону,
        2) таежную, или лесную зону,
        3) черноземную зону,
        4) "аэральную" зону сухих, безводных, субтропических стран (лёссовая, барханная, каменистая, солонцовая области),
        5) красноземную, или латеритную зону тропических стран.
        Те же зоны одевают в обратном порядке и южное полушарие.
       Впоследствии учение о географических ландшафтах разрабатывалось одновременно — в Германии гамбургским географом Пассарге9, а у нас автором этой книги — на основе докучаевского почвоведения и данных учения о растительных биоценозах, разработанного русскими ботаниками.10
        Мы различаем в северном полушарии на низинах, идя с севера, следующие ландшафтные зоны:11
          1) зона тундры,12
          2) зона лесов умеренного климата,
          3) зона лесостепья,
          4) зона степей,
          5) зона средиземноморская,
          6) зона полупустынь,
          7) зона пустынь умеренного климата,
          8) зона субтропических лесов,
          9) зона тропических пустынь,
        10) зона тропических степей,
        11) зона тропического лесостепья (саваны),
        12) зона тропических влажных лесов.
        Кроме ландшафтов низин можно на суше отличить еще ландшафты гор. Наконец, под водою имеются подводные ландшафты.
        При описании географического ландшафта следует поступать так же, как при описании любой другой систематической единицы — растения или животного, биоценоза растений или животных, т.е. необходимо описать внешние признаки и структуру ландшафта (т.е. его элементы), его границы, воздействие внешней среды на ландшафт и ландшафта на среду, отношение к другим ландшафтам той же зоны, историю развитии и смену ландшафтов. Описание должно вестись так, чтобы было ясно, что описывается не агломерат предметов и явлений, а ландшафт, в котором все части связаны друг с другом в упорядоченное целое. А для этого нужно выяснить те причинные связи и взаимоотношения, которые связывают отдельные элементы ландшафта друг с другом.13
        Образцом для географии ландшафтов может служить учение о растительных сообществах, прекрасно разработанное русскими ботанико-географами.14
        Можно выделить следующие разделы географического описания ландшафтов, некоторые из каковых глав иногда рассматриваются как особые дисциплины:
        география рельефа (геоморфологическая география), география вод (гидрогеография), климат (климатология),
        растительность(фитогеография в узком смысле слова, т.е.: 1) учение о растительных, или флористических областях и 2) учение о растительных биоценозах).
        животный мир (те же две части: зоогеография и зооценология; последняя соответствует учению о растительных биоценозах).
        почвенный покров (география почв, или педогеография),
        география человека и его культуры, или антропогеография. В свою очередь антропогеография распадается на два больших отдела: 1) географию рас и народов (антропологическая география) и 2) географию культур (этнографическая география). Из последней, ввиду ее значительного объема, выделяют: географию хозяйства, или экономическую географию, которая распадается на сельскохозяйственную географию, географию промышленности, путей сообщения и пр. Экономическая география описывает географический ландшафт с точки зрения его хозяйственной жизни.
        Что касается порядка изложения при описании ландшафтов, то обычно придерживаются той последовательности, в которой мы только что привели разделы географического описания. Но, в соответствии с особенностями данного ландшафта, можно применять и другой порядок, смотря по тому, какой элемент желательно выдвинуть на первый план. Так, в нижеследующем, при описании ландшафтных зон низин, мы начинаем описание с климата, а при описании горных стран — с рельефа. Причины понятны.

Учение о географических ландшафтах и география

        География изучает, чем и как заполнено пространство на Земле.
        Тогда как систематические науки имеют дело преимущественно с отдельными предметами (минералами, растениями, животными и т.д.) или отдельными телами (горными породами, почвами и т.д.), география занимается изучением предметов и явлений высшего порядка, именно комплексов: комплексов форм поверхности Земли, комплексов климатических явлений, биоценозов растений и животных, сообществ человека и т. д.
        Под растительным биоценозом Сукачев15 понимает "реальную совокупность растений, находящихся во взаимодействии, выражающемся в приспособлениях к совместному координированному использованию производительных сил местообитания, а вместе с тем и друг к другу, в направлении как соревнования, так и взаимопомощи".
         Биоценозы можно рассматривать с разных точек зрения: со стороны их форм (морфологии), процессов, в них происходящих ("физиологии" или, правильнее, физиографии), происхождения, истории развития (эволюции), распределения в пространстве (хорологии), отношений к внешнему миру (экологии), классификации, группировок и т.д.
        Ландшафты есть единицы еще более высокого порядка чем биоценозы; это как бы "сообщества сообществ".
        География, рассматриваемая как учение о ландшафтах, изучает структуру (форму) и классификацию ландшафтов и их "сообществ" (т.е. группировок, образуемых отдельными ландшафтами), влияние элементов ландшафта друг на друга, а также отдельных ландшафтов друг на друга, географическое размещение ландшафтов, а также их историю (развитие), насколько это необходимо, чтобы понять прочие, сейчас перечисленные, отделы учения о ландшафтах, ибо история ландшафтов составляет предмет другой науки — геологии.
        Под именем географии обычно смешивают две совершенно различных науки, именно так называемую "физическую географию" и страноведение. Первая изучает: 1) физические процессы, происходящие в воздухе (метеорология), воде (гидрология) и земной коре (общая геоморфология). 2) формы земной поверхности (частная геоморфология). Физическая география составляет одну из частей космической физики. Вторая, страноведение, есть наука о ландшафтах, и за ней-то и должно быть удержано название географии.
       Рассмотрение географического распространения предметов и явлений входит, как неотъемлемая часть, в состав всех систематических наук: минералогии, ботаники, зоологии, этнографии и т.д. На долю же география приходится изучение закономерных группировок вещей на поверхности Земли, или, как обычно говорят, изучение стран (отсюда -страноведение). Но страны не составляют однородных индивидуальных единиц. За таковые единицы мы признали географические ландшафты, как выяснено выше. География и есть учение о географических ландшафтах.
        Охарактеризовать и выделить какой-либо географический ландшафт можно лишь тогда, когда мы установим границы, отделяющие один ландшафт от другого. Поэтому правильно было отмечено16, что география есть наука об естественных границах. Точнее, география есть наука о том, чем и как заполнено пространство внутри естественных границ любого реального земного многообразия (если вместо "земного" поставить слово "небесного", то получим определение астрономии), а таковым и является ландшафт.
        Поэтому так называемое районирование, или разделение земной поверхности — всей или определенных частей ее — на естественные области, представляет собою одну из ближайших задач географии. Проведение естественных границ есть начало и конец каждой географической работы. Под естественными границами мы подразумеваем границы, положение коих определяется свойствами самих разграничиваемых объектов, а не искусственно навязанные им. Искусственны, например, границы между большинством бывших губерний России или большинством штатов Северной Америки, отделенных до параллелям и меридианам. Напротив, естественны границы между тундрой и лесом, между лесной зоной и лесостепной и т.д.
        География и землеведение (Erdkunde) есть синонимы. Под именем страноведения (Länderkunde) понимают географическое описание отдельных стран или материков. Общим землеведением (allgemeine Geographie), или общим страноведением следует называть описание ландшафтов всей поверхности Земли, например, всей суши, всех океанов. Если же описание касается какой-нибудь части Земли (страны, острова, озера, горной системы одной ландшафтной зоны, одного ландшафта и т. д.), то мы говорим о частной географии, или частном страноведении.
        То, что у нас в университетах понималось под именем "общего землеведения" (allgemeine Erdkunde немцев), есть совокупность ряда дисциплин: описательной астрономии, картографии, физической географии и биогеографии (т.е. распространения растений, животных и человека). Эти сведения, безусловно необходимые для каждого географа, лучше обозначать как "введение в географию".
        Необходимый фактический материал география извлекает из систематических дисциплин: геоморфологии, метеорологии, гидрологии, ботаники, зоологии, антропологии, этнографии, демографии и т.д. Географ вовсе не занимается описанием существенных признаков, классификацией или происхождением гор, рек, озер, растений, животных, человеческих рас. Он принимает все это как данное. Для географа все это не более чем элементы известных многообразий, привязанных к определенным границам; географа интересует размещение этих (и вообще всяких) предметов в пространстве и то, какие при этом получаются естественные группировки. Цель географа — уловить закономерности в группировках, а для этого он изучает не всякие многообразия, а только такие, где отдельные элементы связаны друг с другом некоторой связью; другими словами, он исследует географические ландшафты.
        Как для историка или геолога (т.е. историка Земли) руководящим моментом является распределение во времени, так для географа и астронома — распространение в пространстве. Но изучением вещей как таковых они не занимаются, предоставляя это другим дисциплинам (систематическим).
Соотношение между географией, исторической географией, археологией и астрономией можно усмотреть из следующего сопоставления:
         ландшафты Луны изучает селенография,
         ландшафты Земли изучает география,
         ландшафты исторического прошлого — историческая география,
         ландшафты доисторического прошлого — археология,
         ландшафты геологического прошлого — геология.
        Карта есть начало и конец географического изучения, описания и выделения ландшафта. Топографическая карта есть символическое изображение земной поверхности — особенно рельефа, а нередко и ландшафта (ибо на картах обычно изображают леса и их типы, болота, пески и т. п.). Поэтому карта есть основа, с которой надо начинать изучение ландшафта. Но карта вместе с тем и венчает всякое географическое исследование ландшафтов, ибо результатом такового должно явиться выделение (отграничение) некоторых естественных районов и нанесение их на карту. Без карты географический ландшафт как бы висит в воздухе. С другой стороны, карта есть лишь остов, скелет, тело и жизнь которому дает описание ландшафтов.

Из истории вопроса

        Итак, развивая идеи Докучаева, мы считаем, что география должна заниматься изучением географических ландшафтов.
        Вопрос о том, что составляет предмет географии, вопрос, имеющий основное значение для построения этой науки, прошел через разные стадии развития. Еще Лейбниц в 1716 году писал: "Астрономия изучает телесный мир, находящийся надо мною, т.е. на небе; география же — телесный мир, находящийся рядом со мною, т.е. страны". Кант в своей "Физической географии", опубликованной в 1802 году, говорит: "И историю и географию можно назвать описанием, но с тем различием, что история есть описание в отношении времени, а география — в отношении пространства". "География и история заполняют весь объем нашего познания, именно: география — пространство, история -время". Эту пространственную, или хорологическую точку зрения особенно выдвигает в своих трудах знаменитый берлинский географ Карл Риттер, идеи которого перенес в Россию П.П. Семенов. В своей статье об историческом элементе в географической науке (1833) Риттер высказывается следующим образом: география имеет дело преимущественно с пространствами земной поверхности, поскольку эти последние вещественно заполнены; география занимается описанием пространственного размещения предметов и их взаимоотношениями. Между тем история, в отличие от географии, изучает последовательность и развитие вещей.
        С течением времени, однако, получил преобладание другой взгляд, согласно которому география должна заниматься изучением Земли в ее целом, во всех подробностях, во всех отношениях и со всех точек зрения. Несостоятельность взгляда на географию как на комплекс множества наук прекрасно выяснил Геттнер (1905), и на этом в настоящее время нет нужды останавливаться.
        Совершенно ясное определение предмета и задач географии дал в 1896 году русский географ Е.Чижов в статье "Классификация наук", напечатанной в "Северном Вестнике". "География, — говорит Чижов,— изучает самостоятельно только один род зависимости — это связь и зависимость разнородных явлений, проистекающую из пространственных отношений. Явления, тесно связанные друг с другом в пространстве, тесно связаны и в своей внутренней жизни, так, например, почва с растительностью, фауной и населением. ...Астрономия является естественной предшественницей географии: вся география, в сущности, есть ведь не что более, как подробное описание одной из планет. География и астрономия составляют обе вместе вполне определенный отдел наук, охватывающий все явления природы и жизни. В этих науках господствует определенный метод приобретения знаний — наблюдение, определенный метод изложения - описание, определенный характер выводов — они выражают внешнюю связь и взаимную зависимость вещей в пространстве... Географические знания составляют совершенно обособленный отдел научных знаний со всеобъемлющим содержанием, но со строго ограниченной задачей. Принцип этого отдела наук есть принцип пространства". История же "подчиняется принципу времени: история есть география прошедшего, а география - история настоящего".
        В 1898—1899 годах Докучаев, как мы видели, положил начало ландшафтной географии, хотя он не употребляет ни термина география ни термина ландшафт.
        Таким образом, оба современные направления географии — география как страноведение и география как учение о ландшафтах — зародились у нас в России. Взгляд на географию как на страноведение подробно развил в 1905 году Геттнер17, с определенностью отметивший, что предмет географии — это признаки и свойства отдельных стран, что география есть страноведение.
        Между этими двумя направлениями — одним, рассматривающим географию как учение о ландшафтах, и другим, называющим эту науку страноведением, никакой принципиальной разницы нет: первая точка зрения вытекает из второй, является уточнением второй. Но между ними есть и различия, и нельзя согласиться с мнением Геттнера (1927, стр. 128), что учение о географических ландшафтах есть не что иное, как "обычное страноведение". Только положив в основу изучение естественных единиц, каковы ландшафты, география превращается в истинную науку, между тем "страны", которыми обычно занимается страноведение, есть искусственно выделенные комплексы, лишенные, как правило, естественных границ.

Факторы, влияющие на географический ландшафт

        Влияние, какое оказывают на географический ландшафт рельеф, климат, почва, растительность и человек, общеизвестно, и на этом нет нужды подробно останавливаться. О влиянии рельефа на ландшафт подробно говорится в моей книге "Основы климатологии", 1938, стр. 247—340, куда мы и отсылаем интересующихся. Здесь отметим, что рельеф сплошь и рядом не укладывается в ландшафтные зоны. Ибо рельеф есть результат причин, действовавших иногда в течение нескольких геологических периодов, тогда как ландшафтные зоны есть продукт послеледникового времени (сравните также то, что говорится ниже, в главе "Влияние географического ландшафта на рельеф"). Рельеф есть в значительной степени элемент азональный. Поэтому и минеральные богатства (например, каменный уголь, железо, нефть), приуроченные к рельефу, не связаны с ландшафтными зонами.
        В отношении влияния почвенного покрова на ландшафт укажем на одну особенность. Песчаные почвы, обладающие свойством накоплять влагу, как бы переносят нас в ландшафтном отношении в более северную зону. Влияние глинистых, и особенно засоленных, почв обратное: на них появляется растительность более сухолюбивого облика, свойственная более южным областям. По пескам вдоль долин Днепра и Дона далеко на юг проникает боровая растительность с северными типами.18 В полупустыне растительность песков напоминает скорее степную. Даже в пустыне неразвеянные пески поражают нас изобилием растительности. Такое влияние сказывается там, где влага в минимуме; где же ее много, например, в лесной зоне, как замечает Келлер,19 влияние песков обратное — к пескам приурочены южные формы.
        Теперь приведем пример глинистых почв. По столбчатым солонцам на север проникает растительность южного характера Келлер, стр. 159—161): так, в саратовских и воронежских степях на столбчатых солонцах среди типчака (Festuca sulcata) встречаются приморская полынь (Artemisia maritima) и изен (Kochia prostrata) — формы, свойственные более южной зоне, полупустыне; в Западной Сибири перистый ковыль у северной границы своего распространения предпочитает столбчатые солонцы, тогда как на юге он селится на супесчаных почвах.
        О влиянии материнских пород на ландшафт писал еще Куторга в своей "Естественной истории земной хоры" (1858). Вот это любопытное место, цитируемое Докучаевым.20 "Богатство рыхлых песчаников, как губка пропитывающихся водою, глин и мергелей, не пропускающих воды, дает странам, где обнаружена девонская формация в России, особый гидрографический характер. Они обильны болотами и озерами, с них берут начало многочисленные ручьи и реки; в различной степени влажная почва этих стран покрыта огромнейшими хвойными и лиственными лесами. Совершенно иное на силурийской почве, верхняя толща которой состоит из известняков; атмосферные воды пропадают в многочисленных трещинах известняковой плиты, почва суха, на ней нет ни болот, ни озер; даже колодцы редко удаются, и пруды надобно копать неглубоко, чтобы вода не ушла в щели известняков; на полях очень обыкновенны провалы или воронки, в которые уходят весенние и осенние воды. Реки северной, силурийской полосы Санкт-Петербургской губернии только протекают через нее, не получая никакой пищи; все притоки их на южной, девонской полосе губернии".
        Не останавливаясь далее на влиянии, какое оказывают на ландшафт его отдельные элементы, перейдем к другому вопросу — какое воздействие оказывает ландшафт на подчиненные ему элементы.

Влияние ландшафта на климат

        Каждый ландшафт отличается своим особым ему лишь присущим течением атмосферных физических процессов, т.е. своим климатом, но нужно сказать, что в этом отношении ландшафты еще плохо научены.
        Лес создает внутри себя свой особый местный климат, отличный от климата полян - и от климата окружающих полей и степей: солнечного света в лесу меньше; почва летом холоднее, зимою теплее, чем в поле: днем в лесу летом прохладнее, чем в поле; древесные кроны задерживают около четверти выпадающих над лесом осадков; снег в лесу держится значительно дольше; скорость ветра заметно меньше. Словом, получается климат, сильно отличающийся от климата безлесной местности.21
        Климаты отдельных типов лесов различны: так, в климатическом отношении не одинаковы сосновые боры, с одной стороны, и ельники — с другой.
        Климат речной; долины отличается от климата расположенного по соседству лесного массива или от занимающей водораздел стели или от прилегающей пустыни. Оазисы резко отличны по климату от окружающих песков. Климат городов отличен от климата окрестностей: и детом и зимою в городах теплее, чем в окрестностях.
        Климат находится в такой тесной связи с ландшафтом, что мною предложена классификация климатов, основанная на ландшафтном принципе; именно на низинах северного полушария мною выделены следующие 11 климатов:22
                тундры,
                тайги (леса умеренной зоны, зимы холодные),
                лесов умеренного климата (зимы теплые),
                муссонного типа умеренных широт,
                степей,
                внетропических пустынь (с холодными зимами),
                средиземноморских стран,
                субтропических лесов,
                тропических пустынь (с теплыми зимами),
                тропического лесостепья (саваны),
                тропических влажных лесов.
        Эти климатические области тесно связаны с растительными и почвенными, но все же не совпадают с ними. Дело в том, что, как мы увидим ниже, современный климат является более влажным, чем климат доисторических времен, и почвенный и растительный покровы еще не успели прийти в полное соответствие с климатом. Это можно видеть, например, в лесостепье, которое, при неизменности теперешнего климата, со временем превратилось бы в лесную область, если бы только этому процессу (надвиганию леса на северную окраину степи) не мешал человек.
        Мы говорили о связи климата с ландшафтом, но не следует упускать из вида, что зональное распределение климатов есть нечто первичное, связанное с зонами географической широты. Поэтому было бы ошибочно думать, что климаты обусловлены ландшафтами: каждый ландшафт лишь модифицирует по-своему климат, свойственный данной зоне. С другой стороны, и климатическая зона накладывает неизгладимый отпечаток на ландшафтную и, можно сказать, дает первую форму ландшафтной зоне.

Влияние ландшафта на воды

        У одних рек половодье бывает от быстрого таяния снегов весной (реки Русской равнины), у других преимущественно от летнего таяния льдов в горах (Амударья, Сырдарья), у третьих — от летних дождей (Амур).23 Покажем более детально, как зависит режим реки от ландшафта, и для примера возьмем Днепр выше Киева.
Если количество воды, стекающей Днепром у Киева, распределить на площадь бассейна этой реки выше Киева, то, по данным за 1877—1908 годы, мы получим следующие количества в миллиметрах за каждый месяц:24

Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь ГОД
сток в Днепре выше Киева, 1877-1908
7,9 6,7 10,4 32,7 36,0 11,4 6,1 5,2 4,3 4,6 5,5 6,6 137 мм
атмосферные осадки в бассейне Днепра выше Киева, 1876-1908
26 25 30 37 52 74 85 65 47 47 25 35 559 мм
количество стекающей воды в % осадков
30 27 35 88 71 16 7 8 9 10 16 19 24,5 %
средняя температура воздуха в бассейне Днепра выше Киева, 1876-1908
-7,0 -5,3 -1,5 6,3 14,1 17,6 19,2 17,4 12,5 6,4 0,0 -5,0 6,2 °C

        Наибольшее количество воды стекает Днепром в апреле и мае, во время таяния снегов, наименьшее в сентябре. Между тем атмосферных осадков выпадает больше всего в июле (86 мм), когда, напротив, сток очень мал. Но как раз в июле наиболее высокая температура воздуха (19 °C) и наиболее сильное испарение. В июле же сильно развивается растительность, которая испаряет очень много влаги. В результате в июле стекает всего 7 % выпадающей влаги, т.е., если считать в процентах от выпадающих осадков, минимум за весь год.
        Зимою температура низка, растительность перестает вегетировать, и коэффициент стока подымается до 30%, хотя абсолютное количество выпадающей воды мало, ибо на зиму приходится минимум осадков.
        В апреле и мае Днепром стекают осадки, запасенные в виде снега за зиму, а также выпавшие над бассейном реки за эти месяцы дожди; значительная часть последних стекает в реки, ибо температура воздуха не очень высока, и растительность еще не успела достичь максимума своего развития.
        Совсем особый тип представляют речки степей и пустынь. На лето они сплошь и рядом пересыхают совсем или превращаются в цепь омутов, располагающихся по руслу (например, в Воронежской области) и иногда засоленных. Вот как Козырев описывает степные речки между Ишимом и Иртышем: "Все реки Селеты-Улемтинского района носят типичный для рек Киргизской степи характер: почти все они не имеют постоянного течения, а образуют ряд плесов, изредка только соединяющихся между собой незначительными протоками. Соленые воды в плесах чередуются с солоноватыми, и правильности в этом чередовании почти не наблюдается. То или другое качество вод в главных реках района зависит, во-первых, от времени года, во-вторых — от горных пород, слагающих берега рек, и от количества солончаков в прибрежных степях и, наконец, в-третьих, от качества вод притоков. Строго говоря, пресных вод в реках описываемого района не имеется: все воды здешних рек после анализа оказались в значительной степени минерализованными".25
        Точно так же велико влияние ландшафта на озера. В моренном ландшафте мы встречаем озера неправильной формы, с неправильным распределением глубин, со своеобразными осадками (сапропелями). Для пойменного ландшафта равнинных рек характерны озера-старицы. Ландшафту песчаных берегов морей и озер свойственны озера-лагуны. Горные ландшафты богаты разнообразными и им лишь присущими типами озер; например, каровыми, залегающими в выпаханных ледником углублениях — карах. В ландшафтах пустынь и степей мы находим многочисленные неглубокие замкнутые пресные и соленые озера. Карстовый ландшафт изобилует периодическими озерами, имеющими временный сток.
        Судьба озер находится в теснейшей зависимости от ландшафта, среди которого они лежат. Во влажном климате, где работа дождевых вод доставляет в озерные котловины много продуктов денудации, озера быстро (сравнительно) заносятся осадками и исчезают. Этому способствует еще и зарастание озер, легко совершающееся во влажном климате и превращающее озера в болота.26
        Напротив, в сухом климате, например, в Казахской степи, озера заносятся осадками очень медленно, и процессы зарастания происходят медленно. Поэтому здесь озерные котловины существуют очень долгое время.

Влияние ландшафта на почвенный покров

        Влияние ландшафта на почвенный покров давно учтено нашими почвоведами, и прежде всего Докучаевым. Почвоведы считают рельеф, материнскую породу, климат, растительность и животный мир за "почвообразователей". Наши почвоведы стали теперь говорить о почвенных ландшафтах. Докучаевская классификация почв, в сущности, вытекает из ландшафтной зональности земной поверхности,27 как это можно видеть из той формы, в какой дает эту классификацию для зональных почв Сибирцев:
        Почвы: 1) тундровые, 2) дерново-подзолистые, 3) серые лесные, 4) черноземные, 5) пустынно-степные (сухих степей), 6) атмосферно-пылевые, 7) латеритные.
        Каждой ландшафтной зоне и каждому ландшафту соответствует свой тип почвы. "Нет в природе, — писал Г.Ф. Морозов относительно почвы, — никакого другого тела или явления, которое бы в данное время так конкретно показывало значение географического синтеза".
        Значение почвы за последние годы стало еще более велико, чём думали Докучаев, Коржинский и Морозов. В почве обнаружено громадное количество бактерий, выделяющих в воздух приблизительно столько же углекислоты, сколько ее, в процессе усвоения углерода, потребляет весь растительный покров Земли. Ни дыхание животных и растений, ни вулканические извержения не в состоянии доставить того количества углекислоты, какое необходимо для зеленых растений. Это делают бактерии почвы: "Почва,— говорит С.П. Костычев,28 — представляет собой гигантский коллективный организм, физиологическая деятельность которого превышает такую же деятельность всего остального живого населения земли". Понятно, что все это еще более усугубляет роль почвы как элемента ландшафта.
        Приведем несколько примеров влияния ландшафта на почвообразование.
        В тундре, с ее низкими температурами и с водоупорным грунтом в виде вечной мерзлоты на небольшой глубине, процессы почвообразования идут в обстановке избыточного увлажнения, и почвы здесь обычно более или менее заболочены, а подзолистый процесс, при малом количестве атмосферных осадков, слабо развит или отсутствует. Напротив, в центре лесной зоны процесс подзолообразования достигает максимума, почти исчезая в степях. Содержание гумуса больше всего в черноземах лесостепья, падая как к югу, так и ж северу. В степной зоне место болот занимают солончаки. В сухих степях и в полупустыне развиты солонцы, замирающие в пустыне и уступающие место солончакам. В пустыне все почвы карбонатны и почти все вскипают с поверхности — в соответствии с сухостью климата и слабым выщелачиванием грунтов, и т.п.
        В разных ландшафтных областях на одной и той же породе образуются разные почвы, и, наоборот, в одной и той же ландшафтной зоне на разных породах формируются один и те же почвы. Так, на граните в лесной зоне образуются подзолистые почвы, в степях черноземы, а в полупустыне бурые почвы. Напротив, в степном ландшафте черноземы образуются на лёссе, и на песках, и на граните, и на известняках, и даже на лавах (например, в Армении).

Влияние ландшафта на рельеф

        Формы рельефа тесно связаны с ландшафтом. Вспомним, как резко отличаются формы земной поверхности, например, в пустыне и в лесной зоне умеренного климата. В пустыне скудость атмосферных осадков и слабое развитие растительности приводят к тому, что формы рельефа имеют крутые склоны и резкие контуры. Напротив, в лесной зоне рельефу обычно свойственны мягкие очертания. Некоторые формы рельефа настолько характерны для ландшафта, что издавна получили соответственные наименования: карстовый ландшафт, моренный ландшафт, лёссовый ландшафт, дюнный ландшафт, вулканический ландшафт и другие.
        Следует иметь в виду, что рельеф сравнительно медленно реагирует на воздействие ландшафта. Формы, возникшие при современных климатических условиях, называют гармоничными, образовавшиеся же при иных, минувших, климатических условиях — негармоничными, или реликтовыми, остаточными. Так, например, заросшие лесом дюны на берегах Финского залива или в Полесье, образовавшиеся в более сухом климате, есть явление, не гармонирующее с современным лесным климатом этих мест. Моренный ландшафт севера есть результат совершенно другой обстановки, чем современная — это реликт ледниковой эпохи. Высокие речные, озерные и приморские террасы тоже явление негармоничное.
        Формы, подобные негармоничным, могут образовываться и в настоящее время в том случае, когда формирующая сила переносит арену своей деятельности из одной зоны в другую: так, ледники могут выносить свои морены далеко вниз, в предгорья, где климат совершенно иной, чем там, где ледники получают свое начало. Реки, начинаясь на ледниках, могут достигать пустыни и оканчиваться среди пустыни в замкнутых озерах (Например, Сырдарья и Амударья). Формы, образовавшиеся таким путем (долины, морены и пр.), называют диссонантными, или несогласными, в отличие от консонантных, или согласных, получивших начало в одной и той же зоне.

Влияние ландшафта на сообщества растений и животных (биоценозы)

        Географический ландшафт воздействует на организмы двояким образом: 1) отбирая формы, приспособленные для данного ландшафта, причем неприспособленные или гибнут, или переселяются в другой ландшафт; 2) непосредственно преобразуя всю массу особей.29 Таким образом, следует отличать отбирающую (селективную) роль ландшафта и преобразующую.
В результате отбирающей и преобразующей работы ландшафта получают свою физиономию зоны тундры, леса, степи, пустыни, тропических лесов со свойственными им формами организмов и формами их сообществ. В подводном царстве тоже существуют свои ландшафты.
        Отбирающая роль ландшафта громадна. Она (распределяет организмы по лику Земли, оставляя те, которые подходят к данному ландшафту, и вытесняя или .истребляя те, которые не подходят. Она формирует растительные и животные биоценозы.
        На биоценозах гораздо легче проследить отбирающую и преобразующую роль ландшафта, чем на отдельных особях. Как указали наши фитосоциологи (Сукачев, Аболин), отдельное растение, обладая приспособляемостью, может существовать при различных условиях среды: между тем биоценоз, не обладая той пластичностью, какая свойственна отдельным особям, отражает в своем строении даже мелкие изменения окружающего ландшафта.30
        По этой причине мы в нашей работе сравнительно дольше останавливаемся на растительных биоценозах, так как они дают ясное представление о типе ландшафта (животные биоценозы, к сожалению, пока слабо изучены).
        Остановимся несколько подробнее на преобразующей роли ландшафта.
        В качестве доказательства непосредственного (преобразующего) влияния ландшафта на организмы можно привести сходную организацию, какою обладают представители самых разнообразных семейств растений и животных, например, в тундре или в степях или в пустыне или в высокогорной области. В альпийской области гор и в тундре целый ряд растений приобретает подушкообразный вид: из 23 видов крайнего северо-востока Азии 13 образуют подушки (камнеломки, мак, крупка, звездчатки и другие).
        Боннье пересадил в 1884—1886 годах ряд растений низин в горы, в Альпы и Пиренеи. Из них к 1919 году сохранились 58 растений, из коих часть(смолевка, манжетка, Lotus, Helianthemum и другие) приобрели совершенно альпийский облик: растения стали более приземистыми с тенденцией стлаться по земле, листья сделались меньше, толще, более опушенными, цветки более интенсивно окрашенными и нередко более крупными; гистологическое строение стало обнаруживать признаки ксерофитности, в чем видят приспособление к более сильному испарению в горах. Такое приспособление требовало различного времени: у одних 8—10 лет(подмаренник), у других свыше 25 лет (можжевельник).31 Полярным растениям, принадлежащим к самым разнообразным семействам, свойствен карликовый рост и кожистые, плотные листья. Среди водных растений многие совершенно лишены корней или имеют зачаточные корни; у плавающих растений побеги укорочены, листовые же пластинки очень широки. Солончаковые растения, принадлежащие к самым разнообразным семействам, отличаются толстыми и мясистыми листьями, обычно цельнокрайними, колючек обычно нет. В сухих степях распространены опушенные бело-серые виды полыни, поповника (Pyrethrum), (астрагала, кохии, грудницы (Linosyris) и другие.
        Живущим на сыпучих песках растениям свойственно чрезвычайно сильное развитие подземных стеблей и обилие придаточных корней. Растущие на обнаженных песках у Сестрорецка песчаная овсяница Festula arenaria, песчаный овес Elymus arenarius и краснотал Salix acutifolia отличаются этими признаками, а кроме того все растут в виде сплошных зарослей, приуроченных к возвышениями.32 Приведем здесь мнение Шмальгаузена: "Береговые пески больших рек в южной России имеют некоторую видообразовательную силу" (1891).
        Животные пустыни отличаются падевой или светло-бурой окраской — под цвет почвы. Замечательно, что летучие мыши туркестанских пустынь в огромном большинстве являются светлоокрашенными; между тем животные эти ведут ночной образ жизни, и обычное объяснение — посветление как покровительственная окраска — здесь неприменимо.33
Как указывает Вавилов,34 безлигульная рожь н безлигульные пшеницы были найдены в одном я том же районе в западном Памире ,и в Бадахшане. Юго-восточная Азия является центром формообразования голозерных ячменей и таких же овсов (Avena nuda). "Больше того, расы метельчатого проса (Panicum miliaceum) с тонкими, легко обрушивающимися цветочными пленками, соответствующие голозерным овсам и ячменям, сосредоточиваются в их формообразовании также в восточной Азии". Побережьям Средиземного моря свойственны крупноплодные, крупносемянные и крупноцветные формы культурных растений — льна, гороха, чечевицы, бобов, чины, нута (Cicer arietinum), пшеницы, ячменя, овса. Между тем, в Передней Азии (и Туркестане) и в северной Индии мы встречаем те же растения в виде форм мелкоплодных, мелкосемянных и мелкоцветных.35
        Как беспозвоночные, так и позвоночные северной части Тихого океана отличаются своим крупным ростом от близких форм, живущих в северном Атлантическом океане.
        Планктонные организмы обнаруживают ряд сходных приспособлений, позволяющих им держаться в воде(не тонуть) и подходить под цвет к среде, в которой они живут: многие радиолярии, коловратки, ракообразные снабжены отростками; некоторые корненожки, многие сине-зеленые водоросли имеют газовые вакуоля, служащие для плавания; у многих тело становится прозрачным, таковы: медузы, моллюски, ракообразные, личинки рыб, особенно угрей; пелагическая икра многих рыб, особенно анчоуса, почти незаметная в воде; далее коловратки, оболочники, червь Sagitta и многие другие.
Многие придонные животные рек обладают уплощенным телом, что дает им возможность противостоять течению; таковы в Волге: мшанка Paludicella ehrenbergi моллюск Ancyius fluviatilis, Клоп Aphelocheirus aestivalis личинки некоторых стрекоз и поденок.36

Смена ландшафтов

        Как уже было указано выше, география изучает ландшафты современности. Но так как ландшафты не есть нечто неизменное во времени, то географу приходится принимать во внимание не только статику, но и динамику ландшафтов, т.е. изучать их смену. Это тем более необходимо, что понять данный ландшафт можно лишь тогда, когда известно, как он произошел и во что он со временем превратится. Здесь, таким образом, мы вступаем в область исторической географии.
        Смены ландшафтов бывают двух типов: обратимые и необратимые.

Обратимые смены

        К числу обратимых смен относятся сезонные изменения в природе: весеннее зацветание растений, появление листвы у деревьев, разлитие рек, отцветание растений, опадение листвы, появление снегового покрова, замерзание водоемов. Эти циклические процессы не вносят, в сущности, ничего нового в установившийся порядок вещей.
        Несколько иначе реагируют ландшафты на катастрофические события в природе: землетрясения, вулканические извержения, сильные разлития рек, необычайные засухи, градобития, пожары от молний, нашествия вредных насекомых, грызунов. Тем не менее, и после этих событий ландшафт сам собою восстанавливается приблизительно до состояния, бывшего до катастрофы.
        Вот как, по описанию Г.Ф.Морозова, происходит этот естественный процесс восстановления в лесном ландшафте умеренного климата.37
        Если в еловом лесу произвести сплошную вырубку, или если часть елового леса будет уничтожена пожаром по воле человека или от молнии, то на месте леса образуется поляна с совсем другой жизненной обстановкой, чем какая была раньше. Поляна пользуется полным солнечным освещением, тогда как лесная почва защищена лесным пологом от прямого действия лучей солнца: но зато поляна и быстро охлаждается, теряя тепло путем лучеиспускания. Растения, боящиеся солнцепека, а в особенности заморозков, не могут селиться на поляне, а если поселятся, то обречены на гибель: на открытых местах среди елово-пихтовых лесов ель страдает от утренников, а пихта еще я от сильного освещения солнцем. Понятно, что на освобожденном от елового леса месте ель сразу поселиться не может. Прежде всего поляну занимают травы, но вместо тенелюбов, живших под пологом леса, вроде кислицы (Oxalis), появляется светолюбивая растительность, вроде вейника, осок и других. Одновременно с ними, а иногда позже поселяется береза или осина, а иногда белая ольха, для которых жизненная обстановка поляны оказывается подходящей. Названные древесные породы дают почти ежегодно обильный урожай легких, свободно разносимых ветром семян. Всходы этих пород растут быстро и, будучи прикрыты травою, не боятся заморозков. Вскоре они перегоняют в росте первые пришельцев из травяных пород и, продолжая расти в высоту, смыкаются в сплошной полог. Теперь снова наступает перемена жизненной обстановки: под пологом молодого березового или осинового леса образуется затенение, и светолюбивая травяная растительность, некогда давшая приют нежным всходам березы и осины (или ольхи), начинает загружаться новыми пришельцами, перестает цвести и отмирает; далее на поверхности почвы накопляется обычный мертвый покров из опадающих древесных листьев и остатков травы. С того момента, когда над почвой образовался сомкнутый полог из крон лиственных пород, снова создаются благоприятные условия для возвращения ели на ту территорию, которая ей когда-то принадлежала: под пологом лиственных пород молодой еловый подрост уже не боится заморозков; будучи теневыносливой породой, ель мирится с тем количеством света, какое пропускают ей сомкнутые кроны берез и осин. По мере увеличения возраста березово-осинового насаждения оно естественным образом изреживается, и еловые кроны получают возможность подняться и проникнуть сквозь лиственный полог. Наконец, ель перегонит в росте березу и осину. Постепенно она будет все более и более вытеснять лиственные породы, и в результате получится лес, верхний ярус которого будет хвойный, с небольшой лишь примесью осины иди березы, а нижний — из угнетенных елей и лиственных порох. Теперь создаются условия очень неблагоприятные для березы к осины: раньше теневыносливая порода (ель) была под пологом светолюбивых (береза, осина), а теперь обратно — светолюбивые под теневыносливой; очевидно березе и осине (так же ольхе) не выдержать борьбы за существование. Лет через 80—100 после порубки иди пожара ель снова вступает в обладание всей потерянной территорией; она образует одноярусное еловое насаждение с небольшой примесью лиственных пород.
        Мы имеем здесь перед собою обратимый процесс (если, конечно, не вмешается человек): ель сменяется березой и осиной, береза и осина сменяются елью.
        "Почти все наши березняки и осинники в лесной полосе, — говорит Сукачев, — представляют собою временные ассоциации, развившиеся на месте еловых, реже сосновых и дубовых лесов".

Влияние человека

        Один из самых мощных преобразователей природы вообще и естественных ландшафтов в частности — это человек.
        Детальное изучение вскрывает иногда в ландшафте влияние человека там, где оно сразу не бросается в глаза. Так, у нас в лесной зоне сосне удается одержать верх над елью только благодаря помощи пожаров, главнейшим распространителем которых является человек(Сукачев). При естественном порядке вещей сосновый лес с моховым покровом должен с течением времени перейти в еловый с таким же покровом: появившись под пологом сосны, ель38 так меняет условия освещения, что сосна постепенно вымирает. Но пожары сравнительно легко переносятся сосной, тогда как еловый подрост при этом нацело гибнет. "Без влияния человека сосна на севере занимала бы лишь места наиболее сухие или болота; большая же часть мест, заселенных ныне сосной, была бы покрыта елью".39
        Еще Коржинский обратил внимание на следующий любопытный факт. В Закамье, в стране между левыми притоками Камы, Буем и Белой, на водоразделах растут пихтово-еловые леса с небольшой примесью лиственных пород. По мере приближения к долине леса все более и более редеют, и вместе с тем постепенно увеличивается примесь лиственных пород — березы, осины, рябины, липы, вяза, ильма, клена, нередко и дуба, орешника и других, а возле поселений леса являются исключительно в виде рощ из лиственных пород. Причина та, что человек, поселяясь около рек, прежде всего по близости от реки расчищает хвойный лес под пашню и тем способствует смене хвойных лесов лиственными.40 Вообще, по мере удаления от человеческих поселений, лес в Заволжье становится однороднее, являясь обычно в форме чистых елово-пихтовых лесов или сосновых боров, каковые представляют собою заключительные типы лесов, т. е. последние стадии их развития.
        Ниже, всюду, где возможно, мы стараемся восстановить естественный ландшафт, каким он был до вмешательства человека.

Необратимые смены

        Другой тип смены ландшафтов относится к необратимым, или прогрессивным. При этом возврата к прежнему состоянию не происходит: изменения идут в одну сторону, в определенном направлении. Этого рода смены происходят при наличии постоянных, направленных в одну сторону изменений в географической обстановке: при прогрессивном изменении климата, при изменениях земной поверхности от работы внутренних и внешних агентов (поднятия и опускания, трансгрессии и регрессии моря, работа рек, льда, морского прибоя, организмов и других), при естественной смене растительных ассоциаций, от продолжительной деятельности человека.
        Так. озера постепенно заносятся осадками, зарастают растительностью и превращаются в болота. Грунты выщелачиваются. Реки отлагают в устьях дельты. Даже за историческое время происходят поднятия и опускания берегов.
        Растительные ассоциации, постепенно изменяя окружающую обстановку, могут, по-видимому, сменять друг друга и вне участия изменений климата. Танфильев настаивает на том, что в силу изменений почвенно-грунтовых условий, протекающих вне участия изменений климата, происходит надвигание одних растительных формаций на другие: так, по северной окраине леса, по опушкам, обращенным к тундре, появляются сфагновые мхи, начинается накопление торфа, влекущее за собой заболачивание и развитие мерзлоты; эти последние факторы губят древесную растительность, и в результате тундра надвигается на лес.41 Подобным образом, по своей южной окраине лес выщелачивая грунты по опушкам, обращенным в сторону; степей, постепенно надвигается на степь.42
        Однако в настоящую эпоху невозможно наблюдать естественную, происходящую вне влияния изменений климата, смену растительных формаций. Есть основания думать, что современный климат является более влажным и прохладным, чем климат, бывший 4—5 тысяч лет, тому назад.

Смещение ландшафтных зон

        Можно привести много доказательств в пользу того, что за историческое время происходит изменение климата в сторону большей влажности и что в связи с этим в северном полушарии совершается смещение ландшафтных зон к югу: тундра надвигается на лес, лес на степь, степь на пустыню.43
        За промежуток времени между началом отступания последнего оледенения и исторической эпохой был по крайней мере один период, отличавшийся климатом более сухим и теплым, чем современный. Эту эпоху ботаники называют ксеротермической. В это время ландшафтные зоны, по сравнению с теперешними, были смещены к северу, и лесостепье, возможно, доходило до берегов Финского залива. Об этом можно судить, например, по нахождению лесостепных растений на север до Луги и даже до Невы; таковы, например, таволга Filipendula hexapetala. Helichrysum arenarium, зонтичное Libanotis montana.44 О том же говорят находки в торфяниках. В Шуваловском болоте можно видеть под слоем верхнего торфа так называемый пограничный горизонт — свидетель более сухого климата, когда торф, вследствие изменения климата в сторону большей сухости, начал разлагаться, и месте торфяника появился лес из крупной сосны (Сукачев, 1914).
        Пограничный горизонт описан для многих болот лесной зоны. В это время а нижнем течении р. Мсты появились хорошо развитые, дубовые насаждения с подлеском из лещины, Затем наступило увлажнение климата, и на месте дубовых лесов появились осоковые торфяники.45 К югу от подзолистой зоны мы встречаем пояса лесных почв и деградированных черноземов, свидетельствующих о том, что лес надвинулся на черноземную зону, т.е. на степь. В среднем Поволжье, "там, где мы находим в настоящее время дубовые леса или остатки их, прежде существовали степи" (Коржинский). Лёсс образуется в условиях сухого климата. Нахождение в южнорусских степях на лёссе чернозема показывает, что климат изменился в сторону большей влажности. В наших степях еще сохранились остатки (реликты) той флоры, какая им была свойственна, когда они имели климат более сухой, чем современный. Так, в степях между Бугом и Днепром можно встретить характерные для пустынь и полупустынь растения — терскен Eurotia ceretolides, зонтичное Ferula caspia и другие.46 В описываемое сухое послеледниковое время здешние степи были населены крупными млекопитающими: лошадью восточного типа, первобытным быком, благородным оленем и двугорбым верблюдом.47 Присутствие верблюда указывает на более сухой, по сравнению с теперешним, климат.
        По северной окраине сухой зоны в Азии мы можем наблюдать такое явление. Здесь нередко попадаются замкнутые озера с пресной или слегка солоноватой водой, а это говорит за то, что здесь раньше были сухие котловины, затем наполнившиеся водой, но еще не успевшие осолониться. Так, озеро Чаны в Барабе имеет воду почти пресную. Достаточно взглянуть на карту озера, чтобы прийти к выводу, что оно наполняет котловину, сравнительно недавно занятую водою; за это ясно говорит форма берегов озера, изрезанных длинными и узкими, вытянутыми с СВ на ЮЗ, полуостровами и заливами. Полуострова есть не что иное, как полузатопленные "гривы". Гривами же в Западной Сибири называют весьма характерные для рельефа ее равнин длинные и пологие увалы, тянущиеся обычно с СВ на ЮЗ. Словом, здесь явно водная поверхность надвинулась на сушу.48
        В связи с этим следует отметить чрезвычайно интересные наблюдения Драницына в Нарымском крае под 59—56° с.ш. Здёсь под тайгой почва, как ей полагается, подзолистая, но на глубине около 25 см от поверхности залегает слой интенсивно черного цветя толщиной 15-25 см. Этот слой есть последний остаток, или памятник, бывшей здесь когда-то степи с чёрноземовидными почвами; впоследствии на степь надвинулся лес, и началось превращение степной черноземной почвы в подзолистую.49
        Солонцами, как известно, называются почвы, заключающие в поглощающем комплексе поглощенный натрий,50 но вместе с тем не содержащие заметных количеств растворимых солей. Солонец, говорит Гедройц, "это почва незасоленная"51. Такое определение, на первый взгляд, звучит парадоксально. Но история происхождения солонцов разъясняет это противоречие: как показано Гедройцем, солонец получается из солончака путем выщелачивания. Солончаками же называют почвы, засоленные легко растворимыми солями. "Всякий солонец был когда-то, в той или другой степени, засоленной почвой" — солончаком, засоленным растворимыми натриевыми солями. При дальнейшем выщелачивании солонца из него получается солодь. При осолодении солонца его поглощающий комплекс разрушается, натрий из поглощающего комплекса удаляется, вымывается алюминий и железо, а также гумус, и накопляется свободная кремнекислота.52 Получается почва, до некоторой степени аналогичная подзолистой. Гедройц отмечает широкое распространение осолодевших почв в области днепровского ледникового языка, в черноземной полосе Западной Сибири, в Якутии. Этот ряд почв: солончак — солонец — солодь может осуществляться в столь широком размере лишь в том случае, если идет изменение климата в сторону большей влажности.53 Очевидно, образовавшиеся в ксеротермическое время солончаки к настоящему времени превратились в солонцы и солоди.
        Разгадка происхождения солонцов, дающая возможность восстанавливать путем изучения почвы былой ландшафт, есть одна из блестящих страниц в истории русского почвоведения. Мы обязаны этим покойному К.К.Гедройцу.
        В Хреновской степи Воронежской области на водораздельных пространствах растут кое-где рощицы деревьев, так называемые осиновые кусты. За последние сто с лишним лет количество этих "кустов" увеличилось. О том, что "кусты" за историческое время имеют тенденцию к расширению, говорит то, что курганы зарастают осиною.54 Здесь, очевидно, идет завоевание степи лесом, свидетельствующее об изменении климата в сторону большей влажности.
        На юге Красноярского края тайга наступает на степные участки, о чем тоже можно судить по тому, что древние курганы оказываются ныне покрытыми тайгой.55
В Казахской степи Крашенинников отмечает наступание степи на полупустыню и полупустыни на пустыню. В Тургайском районе, как указывает названный автор, при переходе из черноземной зоны в каштановую, растительный покров продолжает на некотором протяжении сохранять тот же характер разнотравных ковыльных степей, что и к северу от этой границы.56 Еще южнее, в том же районе, на серо-бурых карбонатных суглинках, т.е. на юге полупустыни, Спиридонов наблюдал заросли полыни Artemisia pauciflora, характерные в типичных условиях для более северной части полупустыни, именно для подзоны бурых почв; для серо-бурых же карбонатных суглинков характерна другая полынь — Artemisia maritima terrae-albae.57 Иначе говоря — растительность уже изменила свою физиономию применительно к более влажному режиму, а почва еще не успела поспеть за нею.
        Песчаные пустыни Туркестана образовались не в современную эпоху, а в предыдущую, более сухую, ибо в настоящее время подвижные пески, возникшие под влиянием человека, будучи предоставлены сами себе, покрываются растительностью и закрепляются.58
        Все вышеприведенные, затрагивающие различные элементы ландшафта(климат, рельеф, почвы, растительность), примеры, число которых можно было бы значительно увеличить (см. в моей книге "Климат и жизнь", 1947), свидетельствуют о том, что нынешней, сравнительно влажной, эпохе предшествовала более сухая и теплая, когда в области тундр росли леса, степь заходила далеко вглубь теперешней лесной зоны, а теперешние полупустыни имели облик пустынь. Словом, в настоящее время произошло смещение ландшафтных зон к югу: тундра в настоящее время надвигается на лесную зону, лес на лесостепье, лесостепье на степь, степь на полупустыню, полупустыня на пустыню.
        Это обстоятельство всегда следует иметь в виду при суждении о каждом из описываемых ниже ландшафтов. После человека изменения климата оказывают самое мощное влияние на смену ландшафтов.

Восстановление древних ландшафтов

        Если желательно мысленно восстановить нарушенный человеком ландшафт или изучить естественную смену ландшафтов, то следует прежде всего обратиться к почвам. Типично развитая почва позволяет судить о климатических условиях, а также и о растительности, соответствующей времени образования почвы; так, подзолистые почвы, требующие довольно значительного увлажнения и обычно несущие на себе леса, можно узнать по присутствию в верхних горизонтах белой присыпки кремнезема ("подзола") и ортштейновых образований на глубине; черноземы, развитые в областях с умеренным количеством атмосферных осадков и покрытые степною растительностью, узнаются, напротив, по черной, гумусной окраске верхних горизонтов и по скоплениям карбонатов внизу; болотные и полуболотные почвы, т.е. почвы избыточного увлажнения, отличаются наличием раскисления, оглеенных горизонтов и скоплениями окиси железа. Поэтому понятно, почему русские географы так много черпают из почвоведения и почему русские почвоведы все являются по стопам Докучаева — в большей или меньшей степени географами.
        Впервые почвенный метод в деле реставрации ландшафтов был применен в 1886 г. Коржинским. Исследовав в указанном году разные районы Заволжья, знаменитый фитогеограф обратил внимание на то что чернозем под влиянием поселившегося на нем леса изменяется, приобретая некоторые признаки подзолистых ("белесоватых") почв; он превращается в "черноземовидные и серые" почвы. Это явление Коржинский назвал деградацией (разрушением) черноземов.59 Отсюда он заключил, что "вся северная полоса черноземно-степной области находится в периоде облесения". "Главным путем для лесов служат, по-видимому, речные долины: появляясь сначала на них, леса перебираются мало-помалу на материк и широкими полосами идут вдоль по рекам (так, леса по Суре и Волге далеко вдаются к югу). Пуская затем отроги в разные стороны, они мощными партиями проникают вглубь степи, часто отрезая более или менее значительные участки ее и окружая их сплошным кольцом лесов (Чистопольский черноземный остров). Кроме того, все сколько-нибудь значительные возвышенности бывают обыкновенно покрыты лесом. Здесь леса, разрастаясь на северных склонах, постепенно взбираются на вершину, оттесняя степные формации к южному краю возвышенности и на южный склон. В Самарской и Уфимской губерниях я наблюдал все стадии развития этого явления, не оставляющие сомнения в том, что таков именно процесс облесения местности. Наконец, на низменных сырых участках, около озер и пр., появляются заросли древесных пород, развивающиеся со временем в более или менее значительные леса. Эти лесные острова, сливаясь посредством отрогов с другими партиями лесов, мало-помалу захватывают значительные районы, заселяют их сплошь, вытесняя степную фацию и, таким образом, отодвигая степную область к югу" (стр. 50—51).
        Все дальнейшие наблюдения вполне подтвердили эти заключения Каржинского (подробности см. в главе IV, о лесостепье).
        Приведем другой пример реконструкции древних ландшафтов при посредстве почв.
        В Приамурье в настоящее время господствует умеренно-влажный климат. В соответствии этим почвы принадлежат к типам подзолистому и болотному. Но вот что замечательно: в Приамурье местами под подзолистой почвой обнаружены ясные следы почвообразовательного процесса развивавшегося по совершенно иной схеме, чем в подзолистой: именно, эта ископаемая почва, лежащая под подзолистой, оказывается обеднена кремнеземом и основаниями и обогащена полуторными окислами по сравнению с материнской породой (лавой), т.е. совершенно обратное тому, что наблюдается в подзолистой почве. В некоторых случаях ископаемая почва, окрашена в красный цвет.60 Словом, мы видим, что некогда базальтовая лава, превратилась в красноземную почву, какая характерна для стран с жарким климатом. Определить в точности время, когда в Приамурье формировались латеритные почвы, трудно; вероятно, гораздо более теплый, чем ныне, климат здесь господствовал в верхне-третичное время. Возможно, что эта эпоха совладала с распространением в Сибири и Японии американского ореха, Jugians cinerea, плоды которого найдены в песках в долине Алдана (приток Лены), ниже устья реки Амги,61 а также в нижнем течении Оби.62 Судя по современным пределам обитания американского J.cinerea, а также J.mandshurica, живущего на Амуре, можно думать, что средняя годовая температура в низовьях Алдана, когда там рос американский орех, была не ниже, чем от +1 до +5 °C , т. е. на 13—17 °C теплее современной.63

Примечания

         1. В настоящее время автор предпочитает вместо термина "ландшафт" употреблять термин географический аспект (Л.С. Берг. Известия Географического общества, 1945, вып.3, стр. 162—164).
         2. Penck, I. 1894, p. 34, 92.
         3. Взаимодействие человека и прочих элементов ландшафта в большей степени обнаруживается в сфере с.-х. деятельности, чем в области промышленной.
         4. Л.С. Берг. Предмет и задачи географии. Изв. Русск. Геогр. общ. LI 1916 стр. 471.
         5. Л.С. Берг. Опыт разделения Сибири и Туркестана на ландшафтные и морфологические области. Сборник в честь Д.Н. Анучина М. 1913.
         6. Э.А. Маркус (E. Markus Naturkomplexe. Sutzungsber. Neturforsch. Gesell. Domrat, XXXII, 1925) для ландшафтных зон и ландшафтов (в широком и узком смысле) пользуется термином естественный или природный комплекс (Naturkomplex).
         7. Л.С. Берг. В. В. Докучаев как географ. "Почвоведение", 1939, № 2, стр. 14—19. — Докучаев не пользуется термином "географическая ландшафтная зона", а вместо этого говорит об "естественноисторической зоне".
         8. В.В. Докучаев. К учению о зонах природы. Горизонтальные и вертикальные почвенные зоны. СПб. 1899, 29 стр. (перепечатка из газеты "Кавказ", 1898).
         9. S.Passarge Physiologische Landschaftskunde, Mitteil. Geogr. Gesell. Hamburg. XXVI, 1912, pp. 133-137. - Vergleichende Landschaftskunde. Helt I. Aufgaben und Methoden der vergleichenden Landschaftskunde. Berlin. 1891. 71 pp.
        10. Л.С. Берг. Опыт разделения Сибири и Туркестана на ландшафтные и морфологические области. Сборник в честь 70-летия проф. Д.Н. Анучина. М. 1913, с картами.— Предмет и задачи географии. Изв. Геогр. общ., LI, 1916, стр. 463—-475. — География и ее положение в ряду других наук. "Вопросы страноведения". (Сборник). М. и Л. 1925, стр. 3—17. — Ландшафтно-географические зоны СССР. Часть I. Л. 1930.
        11. Л.С. Берг. Опыт разделения Сибири и Туркестана на ландшафтные и морфологические области. Сборник в честь Д.Н. Анучина. М. 1913. Пояса или зоны земли. Энцикл. словарь Граната, XXXIII, столб. 201—207. Природа и население СССР. Там же, XLI, ч.I, 1920.
        12. К северу от зоны тундры можно выделить ледяную зону, где средняя температура самого теплого месяца около 0°. Сюда относятся: северный остров Новой Земли, Земля Франца-Иосифа, Северная Земля и другие.
        13. Это не всегда бывает возможно сделать, ибо учение о географических ландшафтах наука молодая, и причинные связи далеко не всегда могут быть указаны. В таких случаях приходится ограничиваться описанием. С другой стороны, причинные связи нередко столь ясны, что на них нет нужды специально останавливаться.
        14. Морозовым, Пачоским, Сукачевым, Алехиным и другими; см. В.Н. Сукачев. Растительные сообщества. 4-е изд. Лгр. 1928.
        15. В. Сукачев. Сущность типа леса как растительной ассоциации. Труды по лесному опытному делу, вып. I (LXXV), Лгр. 1929. стр. 13—14.
        16. В.П. Семенов-Тян-Шанский. Район и страна. Лгр. 1928, стр. 47-48.
        17. A. Hettner. Das Wesen und Methoden der Geographie. Geogr. Zeitschrift, XI, 1905 (русский перевод в сборнике: "Вопросы страноведения", 1925, стр. 33—85). Статья эта составляет эпоху в истории географической науки. См. также: A. Hettner. Die Geographie, ihre Geschichte, ihr Wesen und ihre Methoden. Breslau, 1927. Есть русский перевод: А. Геттнер. География, 1929, Гос. изд. A. Hettner. Methodische Zelt- und Streitfragen. Geogr. Zeitschr., R.Hartshorne. The nature of geography. Annal of the Association of American Geographers, XXIX, 1939, VI + 482 pp.
        18. А.Г. Гаель. Пески верхнего Дона. Изв. Геогр. общ., т. 64, 1932, стр. 33.
        19. В.А. Келлер. Растительный мир русских степей, полупустынь и пустынь. Воронеж, 1923, стр. 156—157.
        20. В.В. Докучаев. Геологическое описание Нижегородской губ. Матер. к оценке земель Нижегородской губ., XIII. СПб 1886, гл. 1, стр. 1.
        21. Л.С. Берг. Основы климатологии. Лгр. 1938, стр. 178 и сл.
        22. Л.С. Берг. Климатические пояса земли. Изв. Геогр. ист. вып 5, 1925; см. также Основы климатологии. 1938, стр. 344 и сл.
        23. Для европейской части Союза см. карты у Б.Д. 3айкова. Внутригодовое распределение речного стока на территории Европы. Свердловск, 1944, изд. Гидрол. инст.
        24. Б.В. Оппоков. Режим речного стока в бассейне Днепра. II. СПб 1914, стр. 199.
        25. А. Козырев. Гидрогеологическое описание южной части Акмолинской области. СПб 1911, изд. Отд. эемельн. улучш., стр. 104.
        26. Л.С. Берг. Климат и жизнь. М.1922, стр. 135—137.
        27. Система "сухопутно растительных" почв Докучаева (1886) такова: светло-серые северные, серые переходные (лесные), черноземные, каштановые, бурые.
        28. С.П. Костычев. Новейшие исследования по биодинамике почв. "Природа", 1927, №5.
        29. Л.С. Берг. Влияние ландшафта на культурные растения и животных. Труды съезда по генетике, селекции, 1929.
        30. Р.И. Аболин. Фитосоциология и сельское хозяйство. Изв. Инст. почвовед. и геоботан. Ср.-аз. унив., I. Ташкент, 1925.
        31. G. Bonnier. Révue genér. de botenique, XXXII,1920. p.305 (цит. по H. Lundegardh. Klima und Boden in Wirkiung auf das Pflanzenleben. Jena, 1925, p.23).
        32. В. Дубянский. Экскурсия на дюны. 2-е изд. Пгр. 1919 стр. 11.
        33. Н.А. Бобринский. Материалы для фауны летучих мышей Туркистанского края. Бюлл. Моск. общ. испыт. прир. отд. биол., XXXIV, 1925, стр. 363-364
        34. Н.И. Вавилов. Центры происхождения культурных растений. Тр. по прикл. 6от. XVI, вып. 2, 1926, стр. 126.
        35. Н.И. Вавилов, цит. соч., стр. 127.
        36. А.Л. Бенинг, К изучению придонной жизни Волги. Саратов, 1921, стр. 353.
        37. Г.Ф. Морозов. Смена пород. Лесной журнал. 1913. Также: Учение о лесе, 1928.
        38. Легкость же появления ели под пологом сосны, по моему мнению, происходит от того что ныне климат становится более влажным, о чем см. ниже, стр. 24.
        39. В.Н. Сукачев. Растительные сообщества. Лгр. 1926, стр. 186.
        40. С.И. Коржинский. Северная граница черноземно-степной области восточной полосы Европейской России. II. Тр. Казанск. общ. ест., XXII. вып. 6, 1891, стр. 67.
        41. Г.И. Танфильев. Пределы лесов в полярной России. Одесса, 1911. стр. 76.
        42. Он же. Пределы лесов на юге России. СПб. 1894,стр. 116.
        43. См. об этом подробно - в моей книге "Климат и жизнь". 2-е изд. М. 1947. Здесь же приведена и литература.
        44. Ю.Д. Цинзерлинг. Тр. Геоморф. инст. IV, 1932. стр.293.
        45. М.М. Юрьев. "Матер. по исследованию реки Волхова и его бассейна", XVI,
        46. И.К. Пачоский. Растительность Херсонской губ. II. Степи. Херсон. 1917.
        47. И.П. Xоменко. Геологическое описание торфяника с.Троицкого на р. Ю.Буге. Журн. Научно-исслед. кафедр в Одессе, 1, № 2. 1923.
        48. Л.С. Берг. К вопросу о смешении климатических зон в послеледниковое время, "ПОчвоведение". 1913, № 4.
        49. Д. Драницын. Вторичные подзолы и перемещения подзолистой зоны на севере Обь-Иртышского водораздела. Изв.. Докуч. почвен. комит. II. 1914, №2, стр. 40-41. О других подобных фактах см. в моей книге "Климат и жизнь". М., 1922 стр. 152 и сл.
        50. Почвенным поглощающим комплексом называется та твердая часть почвы, которая поглощает из раствора катионы (натрий, кальций и другие).
        51. К.К. Гедройц. Солонцы. Лгр. 1928, стр. 24.
        52. Он же. Осолодение почв. Лгр. 1926.
        53. Ср. также Д.Г. Виленский. Засоленные почвы, их происхождение, состав и способы улучшения. М., 1924, "Нов. Деревня", гл. 6. Эволюцию засоленных почв этот автор изображает так:
                    сухая послеледниковая эпоха — солончаковый период, понижение грунтовых вод - солонцовый период,
                    более влажная, современная эпоха — деградация (осолодение) солонцов.
        54. Т.И. Попов. Происхождение и развитие осиновых кустов в пределах Воронежской губ. Тр. Докуч. почв. ком., II, 1914, стр. 155—156.
        55. А.Г. Вологдин. Тубинско-сисимский район. Тр. Геол.-разв. объедин., № 198 1932 стр. 134.
        56. М.Ф. Короткий. Кустанайские степи. Предвар. отчет о ботанич. исследовании в Сибири и Турк. в 1913г. Пгр. 1914, стр. 260.
        57. И.М. Крашенинников. Киргизские степи. Изв. Глав. бот. сада, XXII. вып. I. 1923. стр. 36—37.
        58. Л.С. Берг. Формы песчаных пустынь. Прилож. к И.Вальтер. Законы образования пустынь. СПб. 1911. стр. 164. — М.П.Петров. К вопросу о происхождении растительности песчаной пустыни Каракумы. "Хозяйственное освоение пустынь Средней Азии и Казахстана". Сборн. под ред. В.П.Коровина. Ташкент, 1934, стр. 31—40.
        59. С.И. Коржинский. Предварительный отчет о почвенный и геоботанических исследованиях 1886 года в губерниях Казанской, Самарской, Уфимской, Пермской и Вятской. Труды Общ. ест. при Казанском унив. XVI, вып. 6, 1887, стр. 26.
        60. К.Д. Глинка. О древних процессах выветривания в Приамурье. Почвоведение. 1911., № 3, стр. 9—25.
        61. А. Криштофович. Американский серый орех (Juglans cinerea L.) на пресноводных отложений Якутской области. Труды геолог. ком., № 124, 1915.— О нахожении его же в Японии см. А. Криштофович. "Привода". 1928, стлб. 927—928 (плиоцен о-ва Хоншу).
        62. А.Н. Криштофович. Палеоботаника. 3-е изд. Лгр. 1941, стр. 453.
        63. А. Криштофович. 1916, стр. 17, 18.

при использовании материалов ссылка обязательна
Copyright © 2006-2017 Кафедра физической географии и ландшафтоведения
Последнее обновление сайта - март 2017 г.
Locations of visitors to this page Группа ЛАНДЫ в контакте GISMETEO: Погода по г.Москва